Приглашаю поучаствовать в обсуждении, если кому близка тема.
Вопрос одной студентки: "... пытаюсь понять, что конкретно хочет сказать автор, но ведь автор вкладывает не один смысл, а целый ворох... не одно чувство рождается, а много их. Мне кажется, я совсем не понимаю, а если понимаю, то, может статься, слишком буквально или совсем не так, как хотел бы автор, чтобы я поняла. А может, он и не хотел, чтобы я поняла что-то конкретное? Может, хотел озадачить?..."
Мой ей ответ:
Перечитывая этот твой текст, задумалась: а действительно, как мы научаемся читать-понимать поэзию? можно ли «научить» этому? И это привело меня к сопоставлению поэзии – и просто общения, или – поэтического и прозаического высказывания.
Ясно, что ПОНИМАТЬ другого – дело не просто анализа. Однако обратить внимание на СТРУКТУРУ высказывания, его уровни, его многослойность – можно, и это может помочь в понимании. (А может и не помочь, это не панацея, понятно). Смыслов, неизбежно, всегда целый ворох – и в поэтическом, и в жизненном высказывании. Разного уровня – вербального, эмоционального, концептуального, и проч.. Сознательно или неосознанно вложенных в высказывание. А вот и различение намечается поэтического – и «простого» высказывания. Последнее вполне можно свести к одному основному, актуальному на момент речи смыслу. А вот поэтический текст не сводим ни к одному из них полностью; он живет, наполненный всеми ими, и дело читающего – повернуть его к себе той или иной стороной в каждый новый момент. В этом смысле, автор высокой поэзии (в отличие от памфлета, политических стишков, агиток и т.п.), скорее всего, не на то нацелен, чтобы мы «поняли нечто конкретное», но и «озадачить» он вряд ли хочет. Он просто выражает некое тонкое и сложное мысль-состояние, как его можно выразить при помощи данного языка. Внутренние механизмы языка здесь тоже имеют не последнее значение, так что – поскольку они теснейшим образом связаны с внутренним устройством нашей психики – мы имеем все шансы понять, уловить, почувствовать эту квинтэссенцию авторской мысли. Не в полноте, возможно. (А возможно ли ВООБЩЕ понимание в полноте одного человека другим?) Да, рождается МНОГО чувств. Как, бывает, и в живом диалоге с живым человеком. И если в живом общении предельно важно не заглушить своими чувствами подлинное обращенное к нам «послание», постараться, невзирая на все эти чувства, ПОНЯТЬ живого человека, другого чем мы, то в поэзии, в каком-то смысле, ошибиться почти невозможно. Всякий искренний отклик души на стихотворение – ценен, и добавляет, а не отнимает от полноты его совокупного смысла. Тут оно и правда начинает жить уже дальше, больше, объемней, чем сам автор мог предположить. В трансцендирующей время объективности языка и психики.
Так ли всё это? я просто думаю вслух. Пожалуй, у нас с тобой может интересное эссе получиться, если еще подбросишь вопросов.
I mean what I say. Тема открыта!









































































































































































































































+++

Tags: теория смыслов
Current Mood: curious

Во-первых, друзья, спасибо!  Столько человек меня уверяло в моей самоидентичности, что - ну просто приятно! 
Во-вторых, вот некоторые из вас говорят: пиши чаще. А мыслей-то, мыслей-то - нету! Приехал в сельский наш храмик под вечер сегодня архиерей. Мимо ехал, позвонил и заехал. Тут как раз службу служили, потому что любит тут народ Харалампия, священномученика, иже празднуется назавтра. Ну, хорошо. Архиерей наш стал старенький, тихий такой, домашний какой-то. Оперся у иконы на посох, сейчас, говорит, помазывать вас буду. И - как у него водится - на пару академчасов речь заводит. Ну, привычка у него такая. От многих уж он привычек избавился - монахами понукать, голос сильно повышать, ногами топать - это все уж устал он, нет больше сил у него. А говорить привык по два академчаса, что тут поделаешь. Только говорить стал он тихо так, ласково, почти неслышно. Только иногда так взмахнет ручками - да погромче что скажет. Например: благотворения, говорит, и общения - слышите - ОБЩЕНИЯ не забывайте! и - чуть не заплачет. (А народу-то было человек 25 - много для нас, очень!) Вот чё тут было. 
А как подумала я это описать - так сразу представила себе, как я, например, что-нибудь такое же вот читаю. И - что? "Э, архиерей, э, разглагольствования, э, как же все надоело", подумаю я. Потому что не люблю я уже давно ни торжественных этих служений, ни большого скопления клириков, ни, уж тем более, проповедей! Упаси Боже! А тут вот - тихо так было, и празднично одновременно. Но этого ж не передашь! 

Current Mood: impressed

Дивное дело! За несколько дней меня зафрендили человек пятнадцать! И такие все разные, и все - замечательные! Всех бы зафрендить в ответ - да боюсь, тогда уж совсем не буду успевать ленту прочитывать. Так что не обижайтесь, кому сразу не ответила дружеской взаимностью. Буду рада комментам!  Странное чувство. Сидишь, давно уж не пишешь, да и написаного-то немного... а текст твой живет своей жизнью, притягивает, отталкивает, как-то структурирует поле вокруг. А за этим полем - живые люди! Так ведь?  Вот и повод обсудить. Насколько кто мыслит наше общение здесь - общением живых людей? или лишь мыслей, условно привязанных к имени? Но тогда это общение фантомов, призраков!  Нет, мне интересен любой текст лишь настолько, насколько за ним - человек. Пусть лишь одной своей избранной стороной, пусть лишь в одной его роли. Но - текст как носитель личного духа... Просто обмен мыслями? Ну-у-у... тем МЫСЛЬ, может быть, и отличается от просто ИНФОРМАЦИИ, что она всегда лична?  

Current Mood: grateful

девять дней в Абхазии, перемещаясь ежедневно. Тихая, добрая, гостеприимная страна. Пустынный берег. Дивно красивые осенние горы. Скиты, до которых только на уазе, и то только с конца июня по ноябрь. Добрые голодные псы, понимающие слова. "Посиди там, подожди, когда за мной машина подъедет, в ней хлеб есть". Сидит, ждет. А я сижу у пустынного моря.
Гаишники, которые просят прощения, что попросили выйти из машины водителя с палочкой. Регистрация автомобиля не оформлена. "Э, дорогой! Это тысячу рублей стоит! что будем делать?" - "Ну что, конечно, прощать!" - "Э, батюшка! прощать! а детей чем я буду кормить?!" Батюшка протягивает мятую сотенку. "Вот, это по-Божески, догорой, проезжай!"  
Буйволицы, косящие черным крупным глазом и пускающиеся в галоп. А ночью пережидающие темноту на обочине шоссе черными глыбами.
Пронзительно-печальный вой шакалов в пустующих домах столицы. Иногда одиночные выстрелы из автоматов в их адрес. "Шакалов жалко" - "Э, не жалей! пусть в лесу живут, в горах! а то детей раздерут, жальчее будет!" (Это в самом Сухуме). Но при этом тихо, мирно, спокойно. 
В их "глубинке" - Илории, Бедии, т.е. сотней километров еще южнее Сухума - бензин (дорогой и преотвратительный) разливают из красивых таких, с чеканкой, мерных ведерок, через изящные разных калибров воронки.   
Захожу в придорожную таверну будочку такую, прошу чаю. "Э, чаю? Ну, ладно, родная, сейчас". Женщина приносит щедрую кружку черного наваристого чая. Хлеба. Сахар в плошке. Чистенько все, с любовью. С соседнего столика предлагают вина. Отказываюсь: "за рулем". "Да, что, за рулем! Тут если не пахнет - значит чужой. А пахнет - свой. Ну, не хочешь не надо. Вот хачапури. От нашего стола, не откажи!".  Они уже не первую бутылочку распивают. Абхазы вообще, похоже, так целыми днями сидят, разговаривают. Работают больше армяне. "Выпьем! За любовь! За человека! Есть человек! Нет национальности! Бог так велел!"  
Пытаюсь расплатиться за чай. "Нет, родная! Что я, чашку чаю тебе не налью! Мы вино продаем, а чай не знаю, сколько стоит, ничего не возьму!"  Пошла в машину, подарила что было - репродукции фресок Ферапонтовских, фотографии. "Вот это мне нравится" - обняла, расцеловала. 
Вот такая Абхазия.  Много монахов. И "с тех еще пор", т.е. с советских гонений. И новых. Са-а-амых разных. 
Всего не опишешь.

Tags: путевые зарисовки
Current Mood: thankful

Друзья, я не помню, кому я обещала отослать свой английский перевод ЦЫПЛЕНКА ЖАРЕНОГО (в измененном, не-классическом, правда, варианте: это был заказ мультипликаторов). Вот текст: 

They called him fried, they called him dried,

Called him a chick, and stewed and slow,

And his dear mummy would call it slummy

To let him walk along alone.

Цыпленок жареный, цыпленок пареный \ Дразнили в детстве все его, \ А мама курица гулять на улицу \Не отпускала одного  

 And so the nestling so brave and reckless

Ventured to leave on his own hook -  

And he was captured and, still in raptures,

Brought to the kitchen by the cook.

И вот удаленький цыпленок маленький \  Пошел гулять один с утра, \  Его поймали, арестовали \ И тащат в кухню повара.

 The chicken fried, the chicken dried,

The chicken was so fond of life

And they are pressing – badly depressing –

To pick him with a fork and knife.

ц ж ц п \ цыпленок тоже хочет жить\ и вот сиротку на сковородку \ хотят зачем-то положить  

 What happened finally to the small crying thing,

Has he escaped or was he lost -

We haven’t heard so long; this sad and tasty song

Is now the only thing that costs.

Что стало далее с цыпленком маленьким \ Мы не слыхали ничего \И только грустная, хотя и вкусная\Осталась песня про него...

Tags: переводы
Current Mood: stressed

 

Когда Бабушка рассказывала сказку,

она всегда забывала сказать самое главное:

что Колобок, хоть и съеден, будет катиться снова,

что Лиса не так уж хитра, бывает и хуже,

и что Кот-в-сапогах – это то, что и мне досталось.

 

Впрочем, это было и так понятно.

А самое главное было не это, а то, что –

когда Бабушка всё-всё расскажет и Колобок покатится дальше,

Лиса побежит за Зайцем, а Кот раздобудет мне Царство,

ОНА САМА – уже КОНЧИТСЯ !

Tags: poems
Current Mood: grateful

И все же она остаётся, 

годами, лечи – не лечи,

проблема печального сходства

   меня с дураком на печи. 

и я это знаю прекрасно,

 и я это знаю давно:

что время теряю напрасно. 

А слезть не хочу всё равно. 

 А слезть не хочу ни в какую:

зачем? всё равно не у дел,

и – скучно. и – поздно. и – всуе. 

наверно, таков мой удел. 

Tags: short poems
Current Mood: pensive

Tags: рифмоплетство
Current Mood: silly

Tags: поэзия - Д.В.Кантов

Дм.Кантов

 

Божьи Ангелы только без крыл

Могут людям являться открыто.

Помнишь как, например, Рафаил

Поступает на службу к Товиту?

Как о собственном имени врет:

«Я Азарья из рода Ананьи», -

У хозяина деньги берет,

Чтоб в дороге иметь пропитанье.

Будь крыла у него за спиной,

Все бы падали ниц, без сомненья,

Бог намеренно облик земной

Придает запредельным явленьям.   

 

***

 

Наивно полагать, что музам я

Был верен как теперь. Меня, к примеру,

Прельщали моногамная семья,

Священный сан, научная карьера.

Но почему-то всякий раз, когда

Сквозь душу пропускал я эти штучки,

Себя я видел в образе плода:

Поджавшим ножки и сложившим ручки.

И пот холодный выступал на лбу.

И, спешно отогнав фантом кошмарный,

Я мысленно благословлял судьбу

И клал ладонь на сердце, благодарный.

 

ПЕРЕД  ДУЭЛЬЮ

 

Он бодро встал и присвечах

Обмыл свое сухое тело, -

Вода на спутанных кудрях,

Как пыль алмазная, блестела, -

 

Обтерся чистой простыней,

Лицо опрыснул из флакона,

Надел без помощи чужой

Рубашку, фрак и панталоны,

 

И пару чистеньких сапог,

Вчера начищенных до блеска.

У дома ждал его возок,

Гнедые всхрапывали резко.

 

И от желания убить

Рука в кулак невольно сжалась.

Ах, если бы он знал, что жить

Ему всего два дня осталось,

 

Что слепо раненный в живот,

Надсадит горло он от крика,

И что от боли не спасет

Его моченая брусника,

 

А им воспетая Москва

Подхватит фразу Филарета:

«И помер-то едва-едва

Как православный…» 

                   Знал бы это! 

 

СЕЛО НЕБЫЛОЕ

 

О чем здесь размышляют, умирая?

Что нужен для забора новый тес,

Поправить столбик нужно у сарая,

Да трактористу заказать навоз;

А сколько же уйдет на это денег,

А сколько самогонки-то уйдет!..

Для исповеди вызванный священник

Вопросов лишних здесь не задает,

По благости душевной полагая,

Что сколь бы грешен ни был человек,

Он все-таки заслуживает рая:

Напрасно, что ли, мучился весь век?

 

В селеньи этом туго знают дело,

Особенно по части похорон:

Одни старушки обмывают тело,

Другие – обметают пыль с икон,

Мужчины мебель, чтобы не мешала, -

Серванты эти все и топчаны –

Выносят осторожно вон из зала

И ставят табуретки вдоль стены.

А родственницы в траурных косынках

Спешат к ножам, кастрюлям и огню.

Поскольку все бывали на поминках,

Блины и мед, и прочее меню –

Предмет не слишком бурных разногласий:

«Нет, холодец постом, пожалуй, зря…»

Наутро тот же самый Афанасий,

Игумен Космина монастыря,

Прочтя все то, что Церковь утвердила,

Кладет полоску мертвому на лоб

И, передав послушнику кадило,

Крестообразно землю сыплет в гроб.

Автобус отправляется к могиле.

Директор местной школы – ну и бас! –

Толкает речь: «Мы все тебя любили,

Но слишком рано твой ударил час!

Прости, мол, если были виноваты,

Спокойно спи!» - и лезет за платком.

Все ждут, когда совковые лопаты

Заполнят яму глиной и песком,

И едут на поминки, чтобы тесно

Усесться, наконец, вокруг стола.

И вряд ли хоть кому-то интересно,

Чего ты ради жил. Или жила.

 

Да, нас пугает жизнь, а не могила

С тех пор, как был крещен наш дикий край.

Нас христианство в трусов превратило:

Пожить безмолвно – и скорее в рай!

Я не хочу, как в зале ожиданья,

Сидеть и ждать неведомо чего. 

В чем состоит, Господь, мое заданье?

Конкретно сформулируй мне его!

 

Твое молчанье хуже всякой пытки.

Стихи писать?  А если нет удач?

Одни безрезультатные попытки

Свой дух растренированный напрячь,

И тащишься к столу, как на галеру?

Из пушки расстрелял бы этот стол!

Вот Твой певец классический, к примеру, -

Старик Державин – так себя не вел,

Он чувствовал Твою десницу Божью,

Когда, соврав жене, что по делам,

В апреле, по глухому бездорожью,

Отправился, куда не зная сам,

Свернул на двор какой-то постоялый

И, бросив там повозку и коней,

У немки снял сарайчик обветшалый

И затворился в нем на пару дней.  

Используя бумагу и чернила,

В акына превратился наш мурза.

Потом усталость с ног его свалила.

Уснул он, и ему виденье было,

Что яркий свет слепит его глаза.

И он вскочил, еще не понимая,

Взаправду он проснулся или нет:

По стенам и по потолку сарая –

Он ясно видел – кружит тот же свет.

И он заплакал… Чем еще иначе

Воздать он мог Тебе, Творцу всего?

 

Я тоже, как Тебе известно, плачу,

Но только от бессилья своего.

 

На прошлой неделе ехали мы с поэтом в гости к тому самому игумену Афанасию, что нынче в Юрьеве Польском наместником. И вдруг из-за руля вижу – «НЕБЫЛОЕ»!  Как, говорю, разве оно – на самом деле есть?!  Я была уверена, что образ-то этакий, «собирательный»…  Да как же, отвечает задремавший было поэт, я же с натуры писал, как есть. Там и Афанасий вполне взаправду служил пару лет. 

Tags: поэзия - Д.В.Кантов