flaneur2

Открываю тему: различение поэтического и просто житейского высказываний

2009-07-23T22:27:58Z

Приглашаю поучаствовать в обсуждении, если кому близка тема.
Вопрос одной студентки: "... пытаюсь понять, что конкретно хочет сказать автор, но ведь автор вкладывает не один смысл, а целый ворох... не одно чувство рождается, а много их. Мне кажется, я совсем не понимаю, а если понимаю, то, может статься, слишком буквально или совсем не так, как хотел бы автор, чтобы я поняла. А может, он и не хотел, чтобы я поняла что-то конкретное? Может, хотел озадачить?..."
Мой ей ответ:
Перечитывая этот твой текст, задумалась: а действительно, как мы научаемся читать-понимать поэзию? можно ли «научить» этому? И это привело меня к сопоставлению поэзии – и просто общения, или – поэтического и прозаического высказывания.
Ясно, что ПОНИМАТЬ другого – дело не просто анализа. Однако обратить внимание на СТРУКТУРУ высказывания, его уровни, его многослойность – можно, и это может помочь в понимании. (А может и не помочь, это не панацея, понятно). Смыслов, неизбежно, всегда целый ворох – и в поэтическом, и в жизненном высказывании. Разного уровня – вербального, эмоционального, концептуального, и проч.. Сознательно или неосознанно вложенных в высказывание. А вот и различение намечается поэтического – и «простого» высказывания. Последнее вполне можно свести к одному основному, актуальному на момент речи смыслу. А вот поэтический текст не сводим ни к одному из них полностью; он живет, наполненный всеми ими, и дело читающего – повернуть его к себе той или иной стороной в каждый новый момент. В этом смысле, автор высокой поэзии (в отличие от памфлета, политических стишков, агиток и т.п.), скорее всего, не на то нацелен, чтобы мы «поняли нечто конкретное», но и «озадачить» он вряд ли хочет. Он просто выражает некое тонкое и сложное мысль-состояние, как его можно выразить при помощи данного языка. Внутренние механизмы языка здесь тоже имеют не последнее значение, так что – поскольку они теснейшим образом связаны с внутренним устройством нашей психики – мы имеем все шансы понять, уловить, почувствовать эту квинтэссенцию авторской мысли. Не в полноте, возможно. (А возможно ли ВООБЩЕ понимание в полноте одного человека другим?) Да, рождается МНОГО чувств. Как, бывает, и в живом диалоге с живым человеком. И если в живом общении предельно важно не заглушить своими чувствами подлинное обращенное к нам «послание», постараться, невзирая на все эти чувства, ПОНЯТЬ живого человека, другого чем мы, то в поэзии, в каком-то смысле, ошибиться почти невозможно. Всякий искренний отклик души на стихотворение – ценен, и добавляет, а не отнимает от полноты его совокупного смысла. Тут оно и правда начинает жить уже дальше, больше, объемней, чем сам автор мог предположить. В трансцендирующей время объективности языка и психики.
Так ли всё это? я просто думаю вслух. Пожалуй, у нас с тобой может интересное эссе получиться, если еще подбросишь вопросов.
I mean what I say. Тема открыта!

+++

flaneur2 @ 2009-02-23T02:10:00

2009-02-22T23:28:22Z

Во-первых, друзья, спасибо! Столько человек меня уверяло в моей самоидентичности, что - ну просто приятно!
Во-вторых, вот некоторые из вас говорят: пиши чаще. А мыслей-то, мыслей-то - нету! Приехал в сельский наш храмик под вечер сегодня архиерей. Мимо ехал, позвонил и заехал. Тут как раз службу служили, потому что любит тут народ Харалампия, священномученика, иже празднуется назавтра. Ну, хорошо. Архиерей наш стал старенький, тихий такой, домашний какой-то. Оперся у иконы на посох, сейчас, говорит, помазывать вас буду. И - как у него водится - на пару академчасов речь заводит. Ну, привычка у него такая. От многих уж он привычек избавился - монахами понукать, голос сильно повышать, ногами топать - это все уж устал он, нет больше сил у него. А говорить привык по два академчаса, что тут поделаешь. Только говорить стал он тихо так, ласково, почти неслышно. Только иногда так взмахнет ручками - да погромче что скажет. Например: благотворения, говорит, и общения - слышите - ОБЩЕНИЯ не забывайте! и - чуть не заплачет. (А народу-то было человек 25 - много для нас, очень!) Вот чё тут было.
А как подумала я это описать - так сразу представила себе, как я, например, что-нибудь такое же вот читаю. И - что? "Э, архиерей, э, разглагольствования, э, как же все надоело", подумаю я. Потому что не люблю я уже давно ни торжественных этих служений, ни большого скопления клириков, ни, уж тем более, проповедей! Упаси Боже! А тут вот - тихо так было, и празднично одновременно. Но этого ж не передашь!

Удивление!

2009-02-21T19:39:54Z

Дивное дело! За несколько дней меня зафрендили человек пятнадцать! И такие все разные, и все - замечательные! Всех бы зафрендить в ответ - да боюсь, тогда уж совсем не буду успевать ленту прочитывать. Так что не обижайтесь, кому сразу не ответила дружеской взаимностью. Буду рада комментам! Странное чувство. Сидишь, давно уж не пишешь, да и написаного-то немного... а текст твой живет своей жизнью, притягивает, отталкивает, как-то структурирует поле вокруг. А за этим полем - живые люди! Так ведь? Вот и повод обсудить. Насколько кто мыслит наше общение здесь - общением живых людей? или лишь мыслей, условно привязанных к имени? Но тогда это общение фантомов, призраков! Нет, мне интересен любой текст лишь настолько, насколько за ним - человек. Пусть лишь одной своей избранной стороной, пусть лишь в одной его роли. Но - текст как носитель личного духа... Просто обмен мыслями? Ну-у-у... тем МЫСЛЬ, может быть, и отличается от просто ИНФОРМАЦИИ, что она всегда лична?

АБХАЗИЯ глазами путешественника

2008-11-01T23:19:17Z

девять дней в Абхазии, перемещаясь ежедневно. Тихая, добрая, гостеприимная страна. Пустынный берег. Дивно красивые осенние горы. Скиты, до которых только на уазе, и то только с конца июня по ноябрь. Добрые голодные псы, понимающие слова. "Посиди там, подожди, когда за мной машина подъедет, в ней хлеб есть". Сидит, ждет. А я сижу у пустынного моря.
Гаишники, которые просят прощения, что попросили выйти из машины водителя с палочкой. Регистрация автомобиля не оформлена. "Э, дорогой! Это тысячу рублей стоит! что будем делать?" - "Ну что, конечно, прощать!" - "Э, батюшка! прощать! а детей чем я буду кормить?!" Батюшка протягивает мятую сотенку. "Вот, это по-Божески, догорой, проезжай!"
Буйволицы, косящие черным крупным глазом и пускающиеся в галоп. А ночью пережидающие темноту на обочине шоссе черными глыбами.
Пронзительно-печальный вой шакалов в пустующих домах столицы. Иногда одиночные выстрелы из автоматов в их адрес. "Шакалов жалко" - "Э, не жалей! пусть в лесу живут, в горах! а то детей раздерут, жальчее будет!" (Это в самом Сухуме). Но при этом тихо, мирно, спокойно.
В их "глубинке" - Илории, Бедии, т.е. сотней километров еще южнее Сухума - бензин (дорогой и преотвратительный) разливают из красивых таких, с чеканкой, мерных ведерок, через изящные разных калибров воронки.
Захожу в придорожную ~~таверну~~ будочку такую, прошу чаю. "Э, чаю? Ну, ладно, родная, сейчас". Женщина приносит щедрую кружку черного наваристого чая. Хлеба. Сахар в плошке. Чистенько все, с любовью. С соседнего столика предлагают вина. Отказываюсь: "за рулем". "Да, что, за рулем! Тут если не пахнет - значит чужой. А пахнет - свой. Ну, не хочешь не надо. Вот хачапури. От нашего стола, не откажи!". Они уже не первую бутылочку распивают. Абхазы вообще, похоже, так целыми днями сидят, разговаривают. Работают больше армяне. "Выпьем! За любовь! За человека! Есть человек! Нет национальности! Бог так велел!"
Пытаюсь расплатиться за чай. "Нет, родная! Что я, чашку чаю тебе не налью! Мы вино продаем, а чай не знаю, сколько стоит, ничего не возьму!" Пошла в машину, подарила что было - репродукции фресок Ферапонтовских, фотографии. "Вот это мне нравится" - обняла, расцеловала.
Вот такая Абхазия. Много монахов. И "с тех еще пор", т.е. с советских гонений. И новых. Са-а-амых разных.
Всего не опишешь.

The Brave Fried Chick

2008-10-19T22:39:31Z

Друзья, я не помню, кому я обещала отослать свой английский перевод ЦЫПЛЕНКА ЖАРЕНОГО (в измененном, не-классическом, правда, варианте: это был заказ мультипликаторов). Вот текст:

They called him fried, they called him dried,

Called him a chick, and stewed and slow,

And his dear mummy would call it slummy

To let him walk along alone.

Цыпленок жареный, цыпленок пареный \ Дразнили в детстве все его, \ А мама курица гулять на улицу \Не отпускала одного

And so the nestling so brave and reckless

Ventured to leave on his own hook -

And he was captured and, still in raptures,

Brought to the kitchen by the cook.

И вот удаленький цыпленок маленький \ Пошел гулять один с утра, \ Его поймали, арестовали \ И тащат в кухню повара.

The chicken fried, the chicken dried,

The chicken was so fond of life

And they are pressing – badly depressing –

To pick him with a fork and knife.

ц ж ц п \ цыпленок тоже хочет жить\ и вот сиротку на сковородку \ хотят зачем-то положить

What happened finally to the small crying thing,

Has he escaped or was he lost -

We haven’t heard so long; this sad and tasty song

Is now the only thing that costs.

Что стало далее с цыпленком маленьким \ Мы не слыхали ничего \И только грустная, хотя и вкусная\Осталась песня про него...

про Бабушку и не только

2008-10-18T20:32:29Z

Когда Бабушка рассказывала сказку,

она всегда забывала сказать самое главное:

что Колобок, хоть и съеден, будет катиться снова,

что Лиса не так уж хитра, бывает и хуже,

и что Кот-в-сапогах – это то, что и мне досталось.

Впрочем, это было и так понятно.

А самое главное было не это, а то, что –

когда Бабушка всё-всё расскажет и Колобок покатится дальше,

Лиса побежит за Зайцем, а Кот раздобудет мне Царство,

ОНА САМА – уже КОНЧИТСЯ !

Фланёр веселится

2008-10-17T21:01:14Z

И все же она остаётся,

годами, лечи – не лечи,

проблема печального сходства

меня с дураком на печи.

и я это знаю прекрасно,

и я это знаю давно:

что время теряю напрасно.

А слезть не хочу всё равно.

А слезть не хочу ни в какую:

зачем? всё равно не у дел,

и – скучно. и – поздно. и – всуе.

наверно, таков мой удел.

А вот что Фланер сам написал. Простите уж.

2008-09-25T11:42:05Z

* * *

Есть вещи, о которых никогда никому не скажешь.

Есть люди, которых больше никогда не увидишь.

Есть печаль и в ней не осталось уже ни любви, ни

боли. Так живем. Так бывает почти что с каждым.

Но есть люди, которым и без долгих речей все ясно.

И есть вещи, в которых вовсе не ищешь смысла.

И есть еще старое на чердаке коромысло.

И грустное чувство что многое было – напрасно.

* * *

Я не буду, пожалуй, больше писать серьезно:

это так неприлично, так жалко и так увечно!

А скажу-ка я всем: простите! пока не поздно.

право дело, ведь я у вас не навечно!

право дело, ведь я могу выпить лишку,

съесть отраву, сорваться в пропасть, упасть со стула…

и тогда не понять, никому не по- (вот в чем фишка!)

кто шутил, а кто просто пропал – как сдуло.

* * *

Долго ли, коротко ли он шел – то и заботы

чтоб себя обрести, да поди ж догони бродягу!

всех спросил о себе: не видали ль? они в ответ: что ты!

как себя увидать! заканчивай эту бодягу!

И однажды, когда уж совсем, вроде, не было смысла

ни молить, ни искать: потому что и неохота,

вдруг глядит он: вернулся! вот бабкино коромысло,

вот он сам, вот жена, и простая как солнце работа.

еще Дмитрий Кантов

2008-08-31T20:28:55Z

* * *

Нигде не испытать такой тоски,

Как в Муроме, на их автовокзале:

Лузга, окурки, фантики, плевки;

На бабах допотопные платки;

Небритые, с похмелья мужики

пинают от безделья рюкзаки,

куда свои пожитки увязали…

Иной судьбы вдруг чувствуешь печать:

Как будто ты без денег, без билета,

и волен опуститься, одичать

и смаковать объедки у буфета,

И ожидать, когда ж наступит лето,

чтоб по ночам блаженствовать в кустах

иль на скамейках вымершего сквера

и засыпать – уже не ведом страх

очнуться в лапах милиционера, -

искать, как будто клады, по дворам

бутылки из-под пива или колы,

А по субботам заходить во храм

изрядного угодника Николы,

глазеть, как поп свершает литию,

как хлеб свяченый раздают старухам,

И верить в богоизбранность свою,

Поскольку ты, и вправду, нищий духом.

* * *

Господь скрывается от нас,

чтоб не стеснять ничьей свободы.

И вот – какой простор для глаз

во время пасмурной погоды!

Взгляни: на липе – ни листа,

но собственная нагота

не вызывает в ней смущенья.

Она – как Ева до паденья.

Взгляни еще на этот лед,

что лучше, чем трава живая,

поскольку без корней растет.

Взгляни на зимний образ рая!

Чего еще, скажи, ты ждешь?

Какого чаешь откровенья?

Морозом вызванная дрожь,

ей-ей, не хуже вдохновенья.

* * *

Набоков, невзирая на талант,

На массу им написанного, все же –

литературный барин, дилетант.

А проза у него какая! Боже!

Она же эклектична, как музей,

Где собрано, что надо и не надо.

Я полагаю, не хватает ей

прицельности, направленности взгляда.

Рассказчик за живое не задет,

И потому он отстраненный, вялый…

Вы скажете: «Зато какой эстет!

Какой стилист блестящий!» Да, пожалуй.

Но все-таки рискну напомнить вам

я то, что о флоберовском романе

писал когда-то Осип Мандельштам,

что «весь покрыт он лаком созерцанья»,

Что это – «полированный роман»,

Что спрятан «дух буддизма» во Флобере,

враждебный духу европейских стран.

К набоковским романам в полной мере –

не зря ж любил Набоков «Бовари»! –

относится, по-моему, все это.

Хотя словесность, что ни говори,

имеет в нем достойного поэта.

Неровного, но в тех стихах, где шум

ямбический слова не заглушает,

видны аналитичность, строгость, ум.

Ему здесь отстраненность не мешает,

напротив, помогает, ибо он,

как все, лишь находясь на расстояньи,

способен сохранять нейтральный тон,

рассказывая о своем страданьи.

* * *

Воистину, веселыми ногами

домой ты уносилась в этот раз.

И хвостик твой, оранжевое пламя,

над головой то вспыхивал, то гас,

И пальцы на отлете трепетали,

как будто ты свободною рукой,

не глядя, марш играла на рояле,

И вся была отдельною такой,

Что, восхищаясь тем, как ты летела,

я думал: то-то будет торжество

душе – она вот так же бросит тело

И даже не посмотрит на него.

Поэт из Владимира - Дмитрий Кантов

2008-07-30T17:51:05Z

Дм.Кантов

Божьи Ангелы только без крыл

Могут людям являться открыто.

Помнишь как, например, Рафаил

Поступает на службу к Товиту?

Как о собственном имени врет:

«Я Азарья из рода Ананьи», -

У хозяина деньги берет,

Чтоб в дороге иметь пропитанье.

Будь крыла у него за спиной,

Все бы падали ниц, без сомненья,

Бог намеренно облик земной

Придает запредельным явленьям.

***

Наивно полагать, что музам я

Был верен как теперь. Меня, к примеру,

Прельщали моногамная семья,

Священный сан, научная карьера.

Но почему-то всякий раз, когда

Сквозь душу пропускал я эти штучки,

Себя я видел в образе плода:

Поджавшим ножки и сложившим ручки.

И пот холодный выступал на лбу.

И, спешно отогнав фантом кошмарный,

Я мысленно благословлял судьбу

И клал ладонь на сердце, благодарный.

ПЕРЕД ДУЭЛЬЮ

Он бодро встал и присвечах

Обмыл свое сухое тело, -

Вода на спутанных кудрях,

Как пыль алмазная, блестела, -

Обтерся чистой простыней,

Лицо опрыснул из флакона,

Надел без помощи чужой

Рубашку, фрак и панталоны,

И пару чистеньких сапог,

Вчера начищенных до блеска.

У дома ждал его возок,

Гнедые всхрапывали резко.

И от желания убить

Рука в кулак невольно сжалась.

Ах, если бы он знал, что жить

Ему всего два дня осталось,

Что слепо раненный в живот,

Надсадит горло он от крика,

И что от боли не спасет

Его моченая брусника,

А им воспетая Москва

Подхватит фразу Филарета:

«И помер-то едва-едва

Как православный…»

Знал бы это!

СЕЛО НЕБЫЛОЕ

О чем здесь размышляют, умирая?

Что нужен для забора новый тес,

Поправить столбик нужно у сарая,

Да трактористу заказать навоз;

А сколько же уйдет на это денег,

А сколько самогонки-то уйдет!..

Для исповеди вызванный священник

Вопросов лишних здесь не задает,

По благости душевной полагая,

Что сколь бы грешен ни был человек,

Он все-таки заслуживает рая:

Напрасно, что ли, мучился весь век?

В селеньи этом туго знают дело,

Особенно по части похорон:

Одни старушки обмывают тело,

Другие – обметают пыль с икон,

Мужчины мебель, чтобы не мешала, -

Серванты эти все и топчаны –

Выносят осторожно вон из зала

И ставят табуретки вдоль стены.

А родственницы в траурных косынках

Спешат к ножам, кастрюлям и огню.

Поскольку все бывали на поминках,

Блины и мед, и прочее меню –

Предмет не слишком бурных разногласий:

«Нет, холодец постом, пожалуй, зря…»

Наутро тот же самый Афанасий,

Игумен Космина монастыря,

Прочтя все то, что Церковь утвердила,

Кладет полоску мертвому на лоб

И, передав послушнику кадило,

Крестообразно землю сыплет в гроб.

Автобус отправляется к могиле.

Директор местной школы – ну и бас! –

Толкает речь: «Мы все тебя любили,

Но слишком рано твой ударил час!

Прости, мол, если были виноваты,

Спокойно спи!» - и лезет за платком.

Все ждут, когда совковые лопаты

Заполнят яму глиной и песком,

И едут на поминки, чтобы тесно

Усесться, наконец, вокруг стола.

И вряд ли хоть кому-то интересно,

Чего ты ради жил. Или жила.

Да, нас пугает жизнь, а не могила

С тех пор, как был крещен наш дикий край.

Нас христианство в трусов превратило:

Пожить безмолвно – и скорее в рай!

Я не хочу, как в зале ожиданья,

Сидеть и ждать неведомо чего.

В чем состоит, Господь, мое заданье?

Конкретно сформулируй мне его!

Твое молчанье хуже всякой пытки.

Стихи писать? А если нет удач?

Одни безрезультатные попытки

Свой дух растренированный напрячь,

И тащишься к столу, как на галеру?

Из пушки расстрелял бы этот стол!

Вот Твой певец классический, к примеру, -

Старик Державин – так себя не вел,

Он чувствовал Твою десницу Божью,

Когда, соврав жене, что по делам,

В апреле, по глухому бездорожью,

Отправился, куда не зная сам,

Свернул на двор какой-то постоялый

И, бросив там повозку и коней,

У немки снял сарайчик обветшалый

И затворился в нем на пару дней.

Используя бумагу и чернила,

В акына превратился наш мурза.

Потом усталость с ног его свалила.

Уснул он, и ему виденье было,

Что яркий свет слепит его глаза.

И он вскочил, еще не понимая,

Взаправду он проснулся или нет:

По стенам и по потолку сарая –

Он ясно видел – кружит тот же свет.

И он заплакал… Чем еще иначе

Воздать он мог Тебе, Творцу всего?

Я тоже, как Тебе известно, плачу,

Но только от бессилья своего.

На прошлой неделе ехали мы с поэтом в гости к тому самому игумену Афанасию, что нынче в Юрьеве Польском наместником. И вдруг из-за руля вижу – «НЕБЫЛОЕ»! Как, говорю, разве оно – на самом деле есть?! Я была уверена, что образ-то этакий, «собирательный»… Да как же, отвечает задремавший было поэт, я же с натуры писал, как есть. Там и Афанасий вполне взаправду служил пару лет.

еще два стихотворения Анищенко

2008-05-25T22:28:38Z

ШИНЕЛЬ

Когда по родине метель

Неслась, как Сивка-Бурка,

Я снял с Башмачкина шинель

В потемках Петербурга.

Была шинелька хороша,

Как раз – и мне, и внукам.

Но начинала в ней душа

Хождение по мукам.

Я вспоминаю с «ох» и «ух»

Ту страшную обновку.

Я зарубил в ней двух старух

И отнял Кистенёвку.

Шинель вела меня во тьму

В капканы, в паутину.

Я в ней ходил топить Муму

И мучить Катерину.

Я в ней, на радость воронью,

Кровоточил, как треба,

И пулей царскую семью проваживал на небо.

Я в ней любил дрова рубить

И петли вить на шее.

Мне страшно дальше говорить,

Но жить – еще страшнее.

Над прахом Вечного огня

Над скрипом пыльной плахи

Всё больше веруют в меня

Воры и патриархи!

Никто не знает на земле,

Кого когда раздели,

Что это я сижу в Кремле

В украденной шинели.

Не напрасно

Не напрасно дорога по свету металась,

Неразгаданной тайною душу маня…

Ни врагов, ни друзей на земле не осталось…

Ничего! никого! – кто бы вспомнил меня!

Я пытался хвататься за тень и за отзвук,

Я прошел этот мир от креста до гурта…

В беспросветных людей я входил, словно воздух,

И назад вырывался, как пар изо рта.

Переполненный зал…Приближенье развязки…

Запах клея, бумаги и хохот гвоздей…

Никого на земле! Только слепки и маски,

Только точные копии с мёртвых людей.

Только горькая суть рокового подлога

И безумная вера – от мира сего.

Подменили мне Русь, подменили мне Бога,

Подменили мне мать и меня самого.

Ничего на земле. Только запах заманчивой скверны.

Только чуткая дрожь уловляющих души сетей …

И глядят на меня из огня староверы,

Прижимая к груди нерождённых детей.

Михаил АНИЩЕНКО

2008-05-25T11:35:03Z

В Самаре вот какой поэт, оказывается, живет. Если кому интересно, помещу еще что-нибудь. Это опубликовано в ж-ле "Новое Время" №7 за февраль 2008 г.:

Очень печальное стихотворение

На отшибе погоста пустого,

Возле желтых размазанных гор

Я с кладбищенским сторожем снова

Беспросветный веду разговор.

Я сказал ему: «Видимо, скоро

Грянет мой неизбежный черёд…»

Но ответил кладбищенский сторож:

– Тот, кто жив, никогда не умрёт.

Я вернулся домой и три ночи

Всё ходил и качал головой:

– Как узнать, кто живой, кто не очень,

А кто вовсе уже не живой?

Под иконою свечка горела.

Я смотрел в ледяное окно.

А жена на меня не смотрела,

Словно я уже умер давно.

В тихом доме мне стало постыло,

Взял я водку и пил из горла.

Ах, любимая, как ты остыла,

Словно в прошлом году умерла!

Я заплакал и месяц-заморыш

Усмехнулся в ночи смоляной…

Ах, ты, сторож, кладбищенский сторож,

Что, ты, сторож, наделал со мной?

пример реконструкции текста на семинаре

2008-04-05T09:50:25Z

Я не смогу воспроизвести те исторические и филологические детали, которые своей «физикой» и создавали разительность точно выстраиваемой реальности. Так что мой «конкретный пример» будет чересчур обобщенным и потому блеклым и неубедительным.

Приблизительно так. Дано: «горит А … уничтожен В … нет сигналов из С» (названы конкретные города). «запасы зерна хороши … не слышим от господина … продавать пшеницу … пришлите повозки … ». «пишешь о старом … не понимаешь … читать письма». «раб … прочел … руки … делать». Между словами есть та или иная длина пространства и отрывочные крюки, за которые можно зацепиться. И которые и дают, в результате, чувство достоверности трактовки.

Реконструкция смыслов: Через «раба» письма лишь передаются, он их не читает и не знает, что происходит в тридцати километрах, продолжая бытовые отчеты. Ему пишут: «Что ты? О чем ты? Не читал разве писем которые мы посылали? Все, о чем ты заботишься, не имеет уже никакого смысла. Ты не понимаешь, что А и В пали и все кончается? Твой господин из С не вернется. Читай письма.»

И ответ: «Я только раб господина, не мое это дело читать письма. Но раз ты повелел, я прочел. И руки мои не хотят ничего делать.»

Цивилизация рушится, смыслы теряются, и руки больше не хотят ничего делать: все кончилось. Но это красиво лишь при конкретике географических имен и исторических дат, коих не помню.

Под талантливым человеком я имела в виду о. Леонида Грилихеса, полагаю, известного по экзегетическим статьям в «Альфе и Омеге». Только он не виноват в неубедительности моего пересказа J!

библейская археология

2008-04-04T14:55:01Z

Семинар был вчера в МДА. Некоторые вещи просто потрясают. А именно - суггестивность деталей и субъективность реконструкции текста. Талантливый человек считывает с отрывочных фраз записанных на обломке базальта каким-нибудь там протофригийским письмом (при знании исторического момента, разумеется) целую картину, причем, довольно психологичную. Те же фразы вне исторического контекста вообще ничего не значат. Вещь обыкновенная, конечно, но когда на экране перед тобой крючочки и палочки, а "по-русски" это складывается тут же в весьма драматичную переписку - ощущение творения мира из - почти - ничего.

Три состояния в стихах

2007-11-24T00:26:11Z

ТРИЛИСТНИК КРЫМСКИЙ

Опять тишина среди бела дня, средь грохота автострад,

будто бы выключили меня, оставили только взгляд.

Взгляд вдаль, и рука на лёгком руле, и мятный вкус тишины…

Будто бы мир не лежит во зле и нет в нём моей вины.

Будто ещё я не вор и не тать, и даже не прелюбодей.

Будто возможно ими не стать на бедной земле моей.

Как будто ни птицы не обижал, и не ведал стыда…

Будто бы мне ни о чём не жаль, и никто не страдал.

Никто не страдал по моей глухоте, по слепоте моей,

Никто никогда и не знал обо мне средь полей и морей.

И сам я как будто бы всё забыл, всё до конца прошёл…

Бог мой, неужто Ты всё простил? Или всё это – сон?

* * *

Я маленький мальчик, и тянется день, и бел под ногами песок,

я строю из глины прохладу и тень, прокладываю проток.

Вот башни, и стены, и крыша шатром, и замер конь под седлом.

И сбруя на нём горит серебром,

звенит малиновым сном…

Конь ушами прядёт, долгой гривой трясёт, мой конь всех коней веселей,

Он вдаль унесёт, он ветер пасёт гор, морей и полей.

Мне б ускакать сквозь рощу и гать, да замести б след…

Но маленький я, никому до меня

будто и дела нет.

Мой замок стоит, возвышен и строг. Я в нём помещаюсь весь!

Я – только мальчишка, мне невдомёк,

что я ненадолго здесь. (июнь 2007, Крым)

* * *

Дни соскальзывают с руки со скоростью сухого песка

Я что-то забыл. Я что-то хотел спросить…

И не найдешь теперь – замело! – кому говорить?

То ли смысла – нет? То ли смерть уже слишком близка?

Я что-то хотел. Я что-то хотел узнать.

Как я много понять не успел, покуда живой!

Неужели лишь – «там»? Неужели я сам – не свой?

И лишь кто-то когда-то откроет мне… На хрена?

Так я ждал-горевал, так я пил и почти не спал.

Так прошла эта жизнь, эта ночь и еще чуть-чуть.

И когда я махнул рукой, Ты толкнул меня в грудь,

Ты сказал: «Все поймешь. Живи. Ты – всегда это знал.» (ноябрь 2007)

Очистительный Атеизм

2007-11-15T16:03:00Z

Обычно Фланер либо пишет сам, либо не пишет ничего. Но Симону Вейль хочется привести здесь большим отрывком – потому что уж больно тираж мал, каким о ней вышла книжка, а где взять попространнее сами ее тексты и вовсе не ясно. Удивительной жизни мыслитель – проживший в соответствии со своей мыслью – была эта француженка, умершая во время Второй мировой в Париже. Подскажите, друзья, где найти ее тексты?

Очистительный Атеизм (Цит. по книге Ангелики Крогман. Перевод Марка Бента. Изд. «Аркаим», Челябинск, 2003)

"… Есть два атеизма. Из низ один очищает понятие Бога.

Возможно, любое зло имеет второй аспект, который оказывает очистительное действие на пути возрастания к добру; третий же его аспект есть наивысшее благо. Следует четко различать эти три аспекта; смешение их было бы очень опасно для мысли и для жизненного поведения.

Из двух людей, не имеющих опытного знания Бога, возможно, ближе к Нему тот, кто вовсе отрицает Его.

Ложный бог, во всем походящий на истинного, за исключением того, что к нему не прикоснешься, навсегда закрывает путь к истинному Богу.

Верить в бога, который во всем походит на истинного, за исключением того, что не существует, просто: потому что находишься не там, где существует Бог.

Заблуждение нашего времени – это христианство, лишенное всего сверхъестественного. Причина тому – обмирщение, и в первую очередь гуманизм.

Религия как источник утешения является препятствием на пути к истинной вере; в этом смысле атеизм очистителен. Я должна быть безбожницей в той своей части, которая не создана для Бога. Среди тех людей, в которых их сверхъестественная часть дремлет, правы атеисты, а не верующие.

Человек, все родные которого погибли мучительной смертью, который сам долго страдал в концентрационном лагере. Или тот индеец, который в шестнадцатом веке единственный выжил при истреблении всего племени. Если такие люди верили в милосердие Божие, они либо перестали верить в него, либо их представление о милосердии в корне изменилось. Я не прошла через подобные испытания. Но я знаю что они существуют, так что разницы нет.

Я должна стремиться иметь такое представление о милосердии Божием, которое не стерлось бы, не поколебалось бы, какие бы события ни послала мне судьба, и которое я была бы в состоянии передать любому человеку."

ПОТОМУ ЧТО А ТО, или Афоризмы Бабы Васи: продолжение

2007-11-14T22:03:57Z

А другая Бабушка, не такая активная в приходской жизни, такое рассказывала:

- Ой, сколько раз я топиться ходила! И все, бывало, чтой-то-нибудь помешает. То встречу кого, то вспомню о чем – никак не дойду! Потом уж я поняла: это, верно, потому что я все в уме-то молилась. Иду к речке, а сама: Господи Иисусе Христе… Господи, Иисусе Христе… Так и не потопилась.

* * *

Она же говаривала:

- Вот что бы тебе о себе рассказать… Так поговорить хочется! Вот как выдали меня замуж, так я все плакала-плакала, а потом у меня СЛЕЗЫ КОНЧИЛИСЬ. Теперь и что рассказать-то не знаю.

* * *

И вот какой молитве эти бабушки Фланера учили: Спасибо Тебе, Господи, за то, что у меня есть! И ТРИЖДЫ спасибо за то, чего у меня нет!

Да. Экий Фланер народник-то получается. А ведь неправда это. Совсем он сам из другого-то мира. Просто бабушки эти – ведь вымирают день ото дня. И чем дальше, тем меньше память припомнит. А о себе что писать?

ПОТОМУ ЧТО А ТО, или Афоризмы Бабы Васи: продолжение

2007-10-04T21:30:50Z

На праздничной трапезе после архиерейской службы.

- Вот, Владыка, мне что сказать еще хочется. У нас тута фабрика была. Всю развалили последние годы-то, и тащит кто только что может. Вот и дырка в заборе – отсюда видать из окна. Так вот, мы с бабами доски оттуда тоже носили: в храм. Хоть как-то настил на пол сделали, а то ведь дыра была. Хоть до крылоса дойтить теперь можно. А то ведь все равно разворуют. Но… только вот я все думаю… хоть и для храма… а чужое ведь это…

- Да-а, все-таки батюшке надо бы об этом покаяться, рассказать.

- Батюшке-то? А мы говорили. Он говорит: несите еще!

* * *

Ты, батюшка, ешь, а то я обижусь. Она-то не ест, это ладно, все равно уж худая. Вот потому и спеть громко не может. А ты – что, чай, разве покушать не можешь? Здоровый мужичина-то! А то вот обижусь и подумаю, что все у меня невкусно. И что батюшка меня обижает. Ешь, правду тебе говорю, а то плакать буду!!!

* * *

- Нет, ты мне объясни: в чем мне покаяться. А то вот причащаться пора – а что говорить?

- Ну, может, резко поговорили с кем? Не то что б по злобе какой, а просто по невниманию, от усталости? (Вспоминаю четырех человек, которые в слезах убежали из храма после Василисиных замечаний и боятся теперь прийти.)

- Резко поговорила? Ну, нет вроде уж я с каждым с любовью. Со всеми кротко.

* * *

- Что ты, Василиса Семеновна, плачешь? Что стряслось?

- А я и все время плачу! Все из-за батюшки! Уж вся жизнь моя слезы и слезы!

- Что такое?

- Убижает он меня, Насть! Ой, убижает! Говорит: грубо ты разговариваешь. Кричишь, говорит, на всех… А у меня – голос такой! Голос у меня, Насть, громкий. Я привыкла: на фабрике, всегда, если поговорить за кого, меня посылали, я всегда могла правильно все сказать. Путем. Хочь начальник, хочь кто. Громко привыкла. Чтоб услышали. Чтоб понятно было. А он говорит: грубо, некротко совсем! Смирения, говорит, нет у тебя. Так придирается ко мне! Уж лучше б мне умереть!

- Ну, вот, сейчас же негромко ты говоришь. Жалобно так.

- А! так ведь сейчас я – пла-а-ачу…

* * *

- Ты, батюшка, служишь-то больно часто. Глади-кась! на неделе только вон в среду службы нет, а картошку когда сажать?

- А вы сажайте. Мы без вас послужим. Что же делать, если такие праздники подряд на этой неделе? Не пропустишь.

- Это вот ты, батюшка, не пропустишь. А вот, чай, в Мамонтовом – только воскресенье да когда большой праздник какой. Чай не монастырь. И мы с бабами все успеем.

- А вы и успевайте, кто вас неволит?

- Нет, мы обет дали.

- Какой обет?

- За грехи. Чтобы хоть на старости лет ни одной службы не пропустить. Грехи замолить. Нельзя нам теперь пропускать – и плакала наша картошка. Так что ты, батюшка, службы так часто не назначай.

ПОТОМУ ЧТО А ТО, или Афоризмы Бабы Васи

2007-09-29T10:29:47Z

Бывало, Фланер жил подолгу в деревне. Давно. Когда еще там баба Вася жива была, алтарница и церковница и вообще. И принимала Фланера, а также священника служащего в своем доме. Вот что ему о той поре вспоминается.

- Скажите, а волки тут у вас есть?

- Волки? Ну-у, я думаю, все-таки нет. Потому что а то это было бы слишком страшно.

* * *

Это ты хорошо нам все рассказала: про апостолов, да про первых христиан, про евхаристию, это мы поняли все. Только вот и ты нас послушай. Мы ентот храм открыли потому, чтобы нам свой храм Богу хочь на старости лет-то наладить. И мы помним, как оно в Мамонтове было. И вот – понимаем мы все это очень даже, что хорошо енто, что ты говоришь. Но вот мы привыкли – как в Мамонтовом. И пока живы мы, пусть уж у нас так будет, как мы-то привыкли: по-нашему, по-советски. А как перемрем все, так уж пусть у вас будет хочь как у апостолов, мы не против.

* * *

- Бабы нынче с соседнего села приходили, оченно, говорят, хорошо у вас на службе-то.

- Да куда уж сегодня хорошо! Петь было совсем некому.

- Э-э! а ты что, думаешь, пение им твое нужно? Они ж тут ткачихи по всю свою жисть, глухие как есть. Им и не слыхать, что ты там стоишь да поешь. Им – войти в храм да увидеть, как у нас все путем. Вот. Они посмотрели: пол-то у нас новый, да надраенный – белый! Блестят досочки-то. Вот и говорят: хорошо у вас в храме. Путем.

* * *

Это что ты, Батюшка, все куда-то ездишь, все нас бросаешь? Деньги, говоришь, ищешь? И почто они тебе, деньги, мы чай тебя кормим. Али мало я омлету нажарила? Ешь, ешь. Храм ремонтировать? И не твое это, священника, дело, а сидел бы ты лучше, да всегда бы на месте тут был. Коли упокойника там отпеть али еще что – что б всегда на месте у нас был. А мы уж с бабами это все про ремонт-то сладим! А что? Скинемся со старухами, да всего, что нам надо, и купим…

* * *

Ты, Батюшка, ешь, а то я обижусь. Она-то не ест, это ладно, все равно уж худая. Вот потому и спеть громко не может. А ты – что, чай, разве покушать не можешь? А то вот обижусь и подумаю, что все у меня невкусно. И что Батюшка меня обижает. Ешь, правду тебе говорю, а то плакать буду!!!

Сцепки с прошлым

2007-09-11T23:56:13Z

Фланер редко пишет. Даже будто бы и нет его. На Алтай тут летал. Но не в том дело. Нет у него посыла писать что-то последовательно и о себе. Нет желания фиксировать эту банальность, называемую обыкновенно внутренней жизнью. Настолько, что взял вдруг и стер нечаянно все в компьютере, так что камня на камне не осталось. Работа, переводы там всякие, осталась, а записи помимо ее - все нечаянно так полетели... Такое вот подсознательное стремление стереть прошлое. Однако сам Фланер жив, и иногда описывает происходящее с ним в форме стихов. Он не выдумывает их, просто старается сформулировать как можно более точно и сохранить от стирания те мимолетности, которые показались существенными.

Мы общались с тобой. Или это был только обман?

Ты пришел и спросил будто: сколько еще тебя ждать?

Нет, не это. А: как там дела у моих?

И спасибо сказал. А я так и не знаю за что.

В этом мире ни рифмы, ни смысла. Лишь музыка сфер.

Лишь степная полынь, запах дыма и свет фонаря.

Ни кола ни двора. Да тебе и не нужно совсем.

Только крест. И на нем Тот, Кто знает, где спрятал тебя.

психологическое

2007-07-30T08:06:21Z

Чем больше общаюсь с православными в разных странах и весях, тем больше прихожу к выводу, что проблема (в современном греческом значении: ошибка, извращение) окормления, послушания – типично российская. И – производная от чего-то еще…. Всем, кроме русских мирян понятно, что думать надо бы своей головой… Об этом вспоминается мне яркий эпизод, бывший на конференции по Афону.

После выступления архим. Ефрема Ватопедского (доклад по монашескому послушанию) встает священник-киприот и говорит:

- Простите меня! В монашеском послушании я не понимаю ничего, потому что я из белого духовенства. Но у меня недоумение. Прошу разрешить.

- Да, да?

- Я грек, всю жизнь служил священником, всё было хорошо. А тут – поставили меня служить в русский приход. И – я не понимаю, что происходит! Идут ко мне взрослые люди, мужчины! и спрашивают: «Жениться мне или не жениться?» «Покупать машину или не покупать?»

Я говорю: «Э, дорогой! если б я был вели-икий, как вот отец Нектарий на Эгине, я бы тебе сказал, будешь ты счастлив с нею или нет, сломаешь ты себе шею в машине или нет. А я – ма-а-ленький иерей, что я тебе скажу? Думай головой, молись, решай». Но они всё равно идут! Я не понимаю!

И вот Старец Ефрем замечательно ему ответил. Я теперь всем его цитирую. Он сказал:

- Если монах начинает жить как мирянин, самочинно – это неправильно. И если мирянин хочет жить как монах, сняв с себя ответственность и не думая – это еще более неправильно.

Вот и всё. Просто, как улыбка ребенка. Ясно как день.

Удивительно, почему нам здесь это не очевидно? Ну ладно, думать народ отучали долго и больно, и преуспели, вот они и спрашивают. Но те, кто с готовностью отвечают на любые вопросы – они-то откуда так легко получают уверение в собственной «просвещенности Духом»?

Конформизм

2007-07-24T01:28:01Z

Забавный вопрос тут как-то задал мне один бывший преподаватель Свято-Тихоновского института. (Видимо, соскучился по преподаванию НЗ). Как, говорит, считаешь, можно ли решения первого апостольского собора назвать конформизмом?

Ну, всякое, конечно, бывало в нашей Святой и Апостольской, но всё-таки, кажется, не тогда: почти сразу после видения Петру в Иоппии и осияния Павла на пути в Дамаск…

А если мы начинаем путать конформизм с гибкостью, то пора разобраться. Если основа последней – тактичная мудрость, позволяющая хранить свои принципы при многообразии поведенческих форм, то первый предполагает готовность поступиться существенным, внутреннюю некритичность. Стремление угодить большинству, пусть и в ущерб истине. Следование тем стандартам, которые обладают наибольшей силой давления в данном обществе. Это всегда человекоугодие (в отличие от гибкости), только в более массовом, безликом варианте. Этакая тотальная привычка зависимости от мнения большинства, привычка привычности.

Боязнь новизны – частое следствие такого устроения.

Собор в Иерусалиме – во-первых, «по долгом рассуждении» (критика, непредвзятость) вынес свои решения. Во-вторых, решительно настоял на принципиально НОВОМ элементе, вошедшем в Церковь: необрезанных из иных народов. Вопреки тому, что было привычно, и наперекор основной массе членов иерусалимской общины.

Если же видеть тут конформизм, внутренняя картина выходит такая: в душе они хотели бы, чтобы все обрезывались, а под давлением масс решили не настаивать. Но в Деяниях описано совсем другое.

А почему мы о конформизме заговорили? Да потому что писать сегодня «как Поселянин» - это конформизм. Ностальгические воздыхания на тему «как нас учили» - тоже легко становятся им, если добавить «и никак иначе ни в коем случае!», пусть даже учили где-то в хорошем и до слез благочестивом месте, как, напр., МДА. Потому что настоящее образование, хочется вспомнить Хайдеггера, это всё-таки то, что остаётся в человеке после того, как он забудет все затверженные с юности курсы.

Священноначалие

2007-07-11T23:07:42Z

Без всякой связи помещу здесь отрывок письма одного моего старинного друга. Есть в нем какая-то мощь. Возможно потому, что это неожиданно ПОЛОЖИТЕЛЬНОЕ ВЫСКАЗЫВАНИЕ из уст СТАРОГО СКЕПТИКА. Итак, он вдруг взял и написал:
"Никакой ностальгии по советским временам у меня нет.
Я не люблю советскую академическую школу, потому что она выпускала людей с пораженной волей.
Я не люблю советское кино, потому что оно содержит ложь в каждом кадре.
Брежневские архиереи, поверь, меня отнюдь не радуют, - я думаю, что значимые позитивные изменения в нашей поместной церкви возможны тогда, когда они вымрут. Так же как и ты, я вряд ли бы нашел с ними точки пересечения.
Однако то, что делает сейчас патриарх, очень похоже на поведение русских первосвятителей времен татаро-монгольского ига.
То же самое хождение по лезвию дипломатии между светскими властями, которые совсем недавно еще занимались известно чем (и зачастую, те же самые люди), и церковным мнением - мнением паствы и клира, прямо скажем, не склонного к безоговорочному послушанию. То же самое открытие новых епархий, храмов, монастырей и духовных школ, - из кого уж есть, простите, - на компромиссных условиях.
Стоит подивиться тому, в каком режиме живет и служит этот человек, перенесший четыре инфаркта, а подивившись, понять, что без явной помощи Божией такое вряд ли возможно."

С последним вполне соглашаюсь.
А людей с пораженной волей тоталитарная советская система выпускала и без всякого образования тоже. Вот эта тема мне лично ближе, и к ней я еще вернусь. В этом, во многом, лежит корень того маразма, что сейчас творится в церковной среде вокруг батюшек, плохих и тем паче хороших. Но об этом позже.

критерии подлинности в литературе

2007-07-11T22:43:17Z

Продолжая вчерашнюю тему.

Каковы же должны быть в наше время эти критерии собственной оценки для литературы? ВСЁ – ПОЗАДИ. Все стили, все литературные формы. Ни в одном из стилей не кроется истина. Ни одна из форм сама по себе не спасает. Осталась – простота как ПРЯМОТА взаимоотношений с реальностью и текстом. Взаимоотношений, очищенных от предвзятости и формализма любого рода.

А вот то, что обыкновенно выдают/принимают за «благочестивую настроенность», вполне может порождаться невольным (а то и сознательным, всяко бывает) подражанием стилю поучительных брошюр позапрошлого века, и скрывать за собой НЕПРЯМОТУ отношений с собой. С Богом. Со словом.

Посещение Старых друзей

2007-07-11T21:43:32Z

Старик становится как дитя,   и смотрит вдаль высоко-высоко,
                      где, по-осеннему шелестя,      пространство рвётся. Ему легко.
                                Он хочет встать (ну, хотя бы – сесть).  И вдруг – преодолев разлад

с тяжестью тела – встаёт. Он весь –

лёгкий. И нет дороги назад.